Закрыть ... [X]

Парень связан на кровати


Опубликовано: 06.03.2018, 12:24/ Просмотров: 1063

А я себе картинку представила: сидит Варвара, ну или стоит, с кровати парнем целуется и явно в первый раз, где ж нам раньше-то было, и тут опа! — демон вернулся в тело Вари. И ошалелый от неожиданности маг получает в глаз. Бедный парень, да и демона жалко.

В этот момент появилась тетя Матрена. Она важно шла, неся поднос с бульоном и пюре.

— Вот и очнулась, вот и славно, — приговаривала домовая, — а мы уж распереживались все. Ректор, почитай, каждый час заглядывал. Главный тоже приходил, тебя проверил, сказал оставить отсыпаться. Василены Владимировны не было, ей поведать боятся, а чаще всех Ташшинька заходил.

Проговаривая все это, домовая залезла на стул и взгромоздила поднос на взявшуюся откуда-то тут тумбочку.

— Ты откушай, краса ненаглядная, — пропела тетя Матрена, и я вдруг поняла, что бульоном давиться буду. А домовиха продолжает: — Красота ты моя, умертвие и то живее выглядит! — я нервно сглотнула. — А глаза-то твои меркнут в сравнении с синяками, что под оными! А губы-то тоже синие… а кожа серая… И шо ты, моя милая, глазами клипаешь, уж я тебе спуску не дам, дура ты самонадеянная!

Ой, если тетя Матрена до еды ругается, это страшно. Она обычно накормит, напоит и потом давай морали читать, а тут…

— Молчишь? — грозно спрашивает Матрена.

— Молчу, — покорно согласилась я, — вы простите меня… оно как-то само вдруг повело, я и опомниться не успела.

— Ох, Ярослава, — домовиха руки в боки уперла, — ты ведьма али кто? А ведьма, она наперед трижды подумает, лишь опосля за дело берется.

И не скажешь ведь ничего, да только.

— Да и в другой раз поступила бы так же, — тихо сказала я.

Матрена молча кивнула, развернулась и вышла. Уж думала, пронесло, так нет же — домовиха с зеркалом вернулась, да мне мое собственное изображение и продемонстрировала.

— Ой ты ж мама родная! — вскрикнула я.

— Она посимпатичнее будет, — хмыкнула Варя.

Я с подругой была полностью согласна. Ну или с демоном, если точнее сказать.

В двери осторожно постучали. Варвара открывать пошла, а я лежала и думала об одном — как бы к туалету прошмыгнуть тенью незримой…

— Гляди, вомпер! — прозвучало у двери.

Я со стоном упала на подушки.

— И знала, что маги бесстыжие, но чтоб настолько! — не унималась парень связан на кровати Варвара, а может, и демон, кто их там сейчас разберет.

Следующее, что я увидела, это как из дверей показались руки, обхватили Варины плечи, подняли ведьмочку, и вскоре Варвара билась в закрытую дверь, а Инар преспокойно направился ко мне. Тетя Матрена, выбежавшая при первых репликах Вари, так и осталась стоять с открытым ртом и половником наперевес. Но мага ее присутствие ничуть не смущало.

— Привет, — с нежной улыбкой произнес он, — это тебе, — Инар подошел, и в мои ладони опустился пузырек с тускло светящейся фиолетовой жидкостью, — уже к вечеру будешь бегать.

Какое там бегать, у меня тут раздвоение личности — одна личность в надежде косит на двери в туалет, у второй при звуке голоса некоторых присутствующих все признаки стазиса налицо, окромя отчаянно забившегося сердца.

— Как ты? — он присел на край моей постели, взял в плен правую кисть руки и начал медленно выводить на ладони какие-то незримые узоры, и от этого его народного творчества вторая моя личность забыла о какой-либо естественной необходимости. Мне было хорошо просто здесь и сейчас, и думать ни о чем больше не хотелось совершенно.

И так как обе мои личности говорить оказались не в состоянии, Инар продолжил.

— Я очень испугался вчера, — произнес маг, глядя в мои глаза. — Мне еще никогда не было так страшно. Даже там, с Лин, я мог представить себе, что не успею и она погибнет… но я не в силах допустить даже мысль о твоей смерти!

Мое горло как-то само нервно сглотнуло.

Инар улыбнулся, чуть сжал мою ладонь, потом поднес ее к губам и поцеловал так, что я едва не превратилась в одну сплошную лужицу.

— Поправляйся, — прошептал он и пошел к выходу.

Обернулся лишь на пороге, грустно улыбнулся мне, открыл дверь, впустил раскрасневшуюся от ярости Варю и ушел.

Тут отмерла тетя Матрена:

— Вот кобель-то, а! Ярослава, чего это у тебя вид совсем невменяемый?

Я вздрогнула, вернулась в настоящее и вспомнила о насущном.

— Ой, мне бы это… выйти.

— Варвара, чего стоим? Ты с лекций отпросилась под видом сиделки, вот и уваж болезную!

Демон, а это был именно он, стремительно подошел, откинул с меня покрывало, подхватил на руки и понес к туалету. Я едва пузырек на подушку бросить успела. А тетя Матрена так вообще с тихим «плюх» на пол села.

— Это что ж деется! — запричитала она.

А меня внесли, даже посадили и утопали ругаться с домовихой.

— Ты что, ирод, делаешь! — причитала та. — Мало того что в девичье тело затесался, так ты ж его гробишь! О Варе подумал, черт поганый, каково ей будет потом деток-то вынашивать, а?

— Начинаетссся, — прошипели потусторонним голосом. — Да что девке сделается-то?

— Тебе перечислить? — возопила домовиха.

— Не надо, — хмуро ответил демон и тут… начал оправдываться. — Тетя Матрена, любые силовые нагрузки на тело Вари не идут, иначе какой с меня охранник? Создается силовая оболочка, да и не стал бы я ее тело перегружать в… эти дни.

— А-а-а, — домовая захихикала, — так-то тебе, будешь знать, почем доля женская. А теперь скажи-ка мне, Нирхор, мне только что показалось, или как?

— Да… — протянули все тем же потусторонним голосом, — он из наших. Не чистокровный, но наш.

Ну тут уж мое любопытство не выдержало. Со всеми делами покончив, поползла мыть руки. Зашла Варя, на мое «э-э-э», демон выдал:

— И чего я там не видел? — поддержал, пока я непослушными и слабыми руками воевала с мылом и водой.

Потом помог дойти до кровати. Ноги не слушались, руки безвольными плетями висели, в голове было темно и словно прибой шумел.

— Ох, Ярославушка, — домовая поправила подушку, демон практически усадил, ноги на постель положил, Матрена торопливо укрыла, да сразу за ложку. — Поесть тебе надобно, прежде чем зелье пить.

— Ой, — простонала я, — у меня тут столько вопросов возникло!

— Забей, — откровенно послал меня демон.

— У бабушки спрашивай, — тетя Матрена послала значительно дальше.

— Вот она и пришла — страшная, мучительная и жуткая смерть от любопытства, — констатировала я.

А потом снова стало темно, и даже как-то покачивало. Неожиданно качать стало сильнее, а потом и откровенно трясти.

— Да пусть сначала выпьет, — прозвучал голос демона, и в меня начали заливать какую-то горькую жидкость. — Глотай давай!

Послушно все выхлебала. Потом к экзекуции приступила Матрена, залив в меня бульон. Потом трясти перестало, и я уснула.

Проснулась ночью. Резко, будто от толчка. Села, еще не понимая, где я, начала озираться. В том, что случилось что-то плохое, я даже не сомневалась, вот только что?! А вокруг спали ведьмочки, кто-то что-то шептал во сне, от Бажены донесся смех, ей явно снилось нечто приятное.

Осторожно свесила ноги, поднялась. Слабости как не бывало, напротив, сила в теле появилась, но мешала сонливость излишняя. Никак сон-корень в том флаконе был. Внезапно сердце снова сжалось. И страх пронзил ледяными щупальцами. Да что же это деется-то?

— Ярославушка! — домовая, как и полагается домовой, внезапно возникла на пустом месте. — Что, сердешная моя? Чего подскочила-то? Уж до рассвета должна спать сном младенческим, доза-то в зелье была изрядная.

Она думала, что успокоила меня?

— Ташши приходил? — голос после сна был хриплым.

— Зашел, убедился, что спишь, да и заторопился по делам-то своим.

Та-а-ак, попробуем разложить события на составляющие: Ташши заходил много раз, Инар один раз и подпоил меня сном-корнем вкупе с зельем, силы восстанавливающим, о котором я ни сном ни духом. И что же сказал Инар? Было в его словах что-то важное, что я понять никак не могу, но сердце тревожит. «Даже там, с Лин, я мог представить себе, что не успею, и она погибнет… но я не в силах допустить даже мысль о твоей смерти!» — я повторила его слова, сердцем чуя, что здесь что-то кроется, но что?

А потом мне окончательно плохо стало!

— Тетя Матрена, — прошептала я, — а маги… они совсем безголовые, да?

— В большинстве своем да, — а сама явно сеть плетет, на меня не глядит даже. — Ты, Ярославушка, спать ложись, ты…

«Уж до рассвета должна спать сном младенческим, доза-то в зелье была изрядная», — кажется, так Матрена сказала.

И я все поняла!

Маги, причем те самые недоучки, решили охоту на мага-отступника начать! Наверняка и ловушку сделать успели, а я, значит, спать должна… Вот только Инар о моем самочувствии позаботился, а смотрел… он так на меня посмотрел, как в последний раз! Он к битве готовился! К сражению, в котором может даже не выжить!

— Тетя Матрена… — простонала я.

— И не проси даже, — неожиданно грозно сказала домовиха. — Коли сгинет он, так невелика потеря, а тебя от гибели уберегу! Ташши просил.

— Да как же это?

— Это его решение, Ярославушка, — домовая выросла, стала с меня ростом, — а ты не тревожься, спать ложись.

И я вдруг услышала тихий всхлип. Кто-то плакал, причем плакал во сне. Обойдя домовиху, пошла на звук и на обнаружившейся дополнительной кровати обнаружила Лин… которая была не Лин!

— Пусть спит, — прошептала тетя Матрена.

А я, холодеющими от ужаса губами, прошептала:

— Это иллюзия!

Так они меня усыпили, и Лин усыпить пытались, да не зря она магичка, вот и подсунула вместо себя иллюзию!

— Почему они к ректору не пошли? — простонала я. — Или к главному? Откуда эта бравада глупая?

— Откуда мне знать, Ярославушка, — домовая ткнула спящую девушку, и та лопнула мыльным пузырем, — надо же… иллюзия. Сильна Лианна, меня и то обманула…

А я застонала протяжно, за голову схватилась и как заору не своим голосом:

— Девчонки, беда у меня!

Ведьмин круг многое дает, особенно если ведьм ровно тринадцать. И мы сдвинули кровати, освободили место, взялись за руки. Баж стояла справа от меня, Рогнеда слева. Две наши извечные лидерши словно подбодрить меня пытались. И я была благодарна за поддержку и за согласие. Без лишних слов ведьмочки встали в круг, чтобы помочь раздвинуть грани реальности и увидеть будущее.

— Веселова-роса, небесна слеза. Да пойду по дороге, по дороге тревоги, выйду на распутье, стоят три перепутья. Пойду не по дороге, во земле утопают ноги, во земле сырой теплой, что запах несет травы да корений. Пойду босая, с распущенной косой я, пройду без троп без развилок, во чисто поле выйду, матери-земле поклонюсь я. Да говор не заговор, о грядущем спрошу. Ты, мать земля, ты позволь туману грядущего да развеяться перед взором моим. Покажи мне истину, покажи неизбежное, да развилку судьбы. Развейтесь туманы, разойдитесь горы, расступитесь реки, покажите Инара-мага. Развейтесь туманы, разойдитесь горы, расступитесь реки, покажите Инара-мага. Развейтесь туманы, разойдитесь горы, расступитесь реки, покажите Инара-мага.

Мы повторяли и повторяли заклинание, синхронно, в такт и даже дышали в унисон. Глаза закрыты, руки сцеплены, энергия свободно по кругу течет, все ускоряясь, и мы твердим свою просьбу.

Вспышка! Я упала на колени, но девочки моих рук не отпустили… иначе я умерла бы в ту же секунду от отчаяния, и из груди моей вырвался крик… Он отдаст свою жизнь за нее! Он отдаст себя за нее! Что же он делает?!

Я завыла от раздирающей душу тоски и боли. Рядом опустилась Рогнеда, обняла, да не утешала, нечем тут утешиться.

— Что? Что вы видели? — испуганно спросила тетя Матрена.

Варвара тихо рассказала. Все ведьмы видели то же, что и я, все ведьмы чувствовали то же, что и я, от того и не утешали…

— Ох я дура старая, — простонала Матрена, — не уберегла Лин, не удержала!

А я завыла, как волчица раненая, да и поднялась стремительно.

— Инара не спасешь, так хоть другим жизнь сохранишь? — Бажена словно мои мысли прочитала. — Лети, Ярослава, да силы наши возьми.

— Яра, — начала Варвара, но мой взгляд ее вмиг остановил, и девушка прошептала: — Лети… Мы сообщим главному.

Ведьмы снова взялись за руки, но на этот раз вся сила текла только ко мне…

Глубокая ночь близилась к ведьминому часу — было почти два часа ночи. А я летела стремглав к тому самому кладбищу, где одиннадцать магов ожидали жертву, расставив на нее ловушку… И может, даже все получилось бы у них, да я была уверена, что получилось бы… Вот только маг-отступник уже схватил Лин!

Круг в деталях показал, как Лианна вылетает через стену, окружающую академию, да подстреленной птицей падает вниз. Не знаю, какой силы было заклинание. Видимо, кровь Лин позволила сделать ловушку направленной. Знал ли об этом Инар? Вероятнее всего, ведал, ведь не позволял ей в одиночку академию покидать. Да усыпить девушку он Аниасу доверил, в том и беда!

Я перелетела через стену и на несколько секунд зависла. В меня полетело сковывающее заклинание такой силы, что оно даже подействовало, чего обычно с ведьмами не происходит. Большинство чар протекают мимо, не в силах воздействовать на нейтральную ведьму, а тут… тут было заклинание прямого воздействия, от того я и замерла, но метле никакая магия не помеха.

Медленно, осторожно я расплела заклинание и продолжила путь, ведьмочки мне сейчас столько ресурса передали, что повредить мне мало что было способно. И я молча летела над спящим городом к тому самому кладбищу, понимая, что даже поспев в срок, Инара не спасу…

Кладбище полыхало всполохами силы и отсветами магической битвы. Их осталось десять, магов-недоучек. Десять тех, среди которых было семь боевых магов и трое некромантов. На мгновение я прикрыла глаза, потому как вспышка магического контура едва не ослепила. Они отчаянно держали оборону, но круг сужался. А там, в центре его, упав на колени и обхватив плечи руками, плакала прекрасная Лианна, которая уже ничем не могла помочь любимому. Инар тоже был там… вот только он уже стоял по другую сторону.

Метла стремительно помчалась вниз. Я спрыгнула, едва верная боевая подруга замерла в шаге от земли.

— Ярослава? — воскликнул Ташши.

Отвечать настроения не было — маг-отступник ломал защитный контур. На его стороне все же был опыт, не говоря уже о накопленной силе. И контур трещал и полыхал, едва удерживаемый светящейся фиолетовой пентаграммой, которую продолжал удерживать Ташши. Только он, остальные маги пытались плести боевые заклинания. С нулевым-то резервом.

— Ярослава! — взревел некромант.

Я не слушала. Ведьма деловито ударила метлой трижды оземь, и метла уменьшилась. Затем я положила ее в передник, сняла перчатки, размотала и сложила шарф. И все это методичными и выверенными движениями, потому что я знала, что делаю, и знала, когда следует приступить.

Неожиданно контур погас, делая видимым стоящего у барьера мага-отступника. И это чудовище, глядя на меня, медленно произнесло:

— Ве-е-едьмочка-а…

«Орель» разозлился.

— Здоровеньки булы, дяденька!

— Язвишшшь? — прошипел маг.

— Ерепенюсь, — ответила я.

— Трепыхаешшшься!

— Разве? — я нагло смотрела на мага-отступника, который сейчас не был способен причинить мне вред, а как защитить тех, кто угодил в собственную ловушку, я знала.

— Ведьмочка! — маг даже голос повысил.

— Не ведьмочка, а ведьма! — рявкнула я.

И я смотрела исключительно на это чудище, стараясь не видеть того, кто безвольной куклой стоял шагах в двадцати позади него…

— Ведьмочка, — повторил маг-отступник, — ты сделала этот приз поистине восхитительным…

— Какой приз? — я не буду смотреть на Инара. Не буду!

— Двенадцать сильных магов, среди которых одна с кровью первородных и в дополнение ведьмочка без должной защиты. Это будет вкусно…

«Орель» расправил крылья, и я вновь задрала голову, чтобы, глядя в рожу мага, вполне радостно сообщить ему:

— Размечтался, урод долговязый!

Он ударил почти мгновенно. Ташши за моей спиной выругался, и пентаграмма, вспыхнув, удержала контур. Но это уже не было необходимостью. Я очень спокойно дошла до края защитного поля, опустилась на колени и положила ладони на магическую линию, питая ее своим огромным резервом. И линия на глазах начала увеличиваться, пентаграмма сменила цвет на ярко-синий, а маг-отступник в ярости начал плести новое атакующее заклинание… и еще… и снова…

Мне было неудобно из этого положения смотреть на него, но я все же наплевала на мнение шеи о поведении хозяйки и откровенно злорадно ухмылялась в рожу этому… чуду.

Подбежал Ташши, потом Аниас и Леонс, но они не мешали, отчетливо понимая, что я спасаю их жизни. Понимал это и отступник, свирепея и в яростном безумстве сметая все на своем пути. Вновь и вновь в нас неслись заклинания, но контур удерживала ведьма, и они проходили через меня, не причиняя вреда адептам. В какой-то момент создалось ощущение, что все кладбище — словно огромное торнадо, а мы в эпицентре, но даже это не позволило смять защитный барьер. Сила полного ведьминского круга — это сила, с которой вынуждены считаться даже архимаги.

И он отступил. Пространство, изломанной грудой окружающее нас, вернулось к нормальному состоянию. А я продолжала удерживать грань, без особого труда и напряжения.

— Ведьма, — задумчиво произнес маг-отступник и неожиданно присел на корточки, напротив меня, — ты действительно хочешь их спасти?

— Да, — спокойно ответила я.

— И надеешься, что силенок хватит?

— Да.

Чудовище хрипло рассмеялось и, чуть наклонившись, так что возле его лба заискрилось защитное поле, тихо спросило:

— Неужели ты веришь, что кучка твоих непутевых друзей сумеет победить меня?

— Нет, — и я убрала руки. Села на землю напротив мага и, улыбаясь, посмотрела на того, кто был одним из носителей смерти. — Слушайте, дяденька, — улыбка моя ширилась, так как, в отличие от мага, я видела, что творится за его спиной, — вы действительно думаете, что ведьмы такие же безголовые, как и маги?

— Ты прямое тому доказательство, — произнес отступник.

— А ты уже труп, — едва слышно сказала я.

Главный ударил без предупреждения! Темно-фиолетовые силовые линии вырвались из его рук, взрывая все щиты мага-отступника. Даркаэрш Рханэ бил без жалости и сожалений, уничтожая зло и его носителя. А я сидела напротив мага на расстоянии вытянутой руки и в странном оцепенении смотрела на агонию чудовища. Смотрела и откровенно поражалась силе нашего главного — и Инар, и Ташши, и Аниас атаковали отступника снаружи, пытаясь убить… А некромант поступил иначе — он убивал чудовище изнутри, воскресив в нем всех тех, кого маг-отступник выпил за годы своей жизни.

— Не смотри, — Ташши заслонил от меня происходящее, а после и вовсе обнял.

Я была не против — от некроманта пахло чем-то приятным, несмотря на ощутимый запах пота. А еще, прижимаясь лицом к его рубашке, я не видела, как чьи-то призрачные черепа вырываются из тела мага-отступника. Но самое главное — я могла сделать вид, что совершенно не замечаю, как столь же методично и безжалостно наш главный убивает Инара… Инара, на которого я старалась не смотреть… Инара, который был связан с отступником, отдав себя за невесту… Инара, который был уже почти мертв.

И несмотря на то что я все это знала, увидев сквозь круг, я вдруг не выдержала:


Источник: http://knizhnik.org/elena-zvezdnaja/moj-lichnyj-vrag/10


Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:



Сонник Комната приснилась, к чему снится Комната во сне Мода на вышивку гладью

Парень связан на кровати Парень связан на кровати Парень связан на кровати Парень связан на кровати Парень связан на кровати Парень связан на кровати Парень связан на кровати Парень связан на кровати

ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ